среда, 28 октября 2020
6+

Я бы сшила вам платье из счастья!

                            

Начало

     Надежду Пашковскую, коренную махачкалинку, которая с рождения жила на углу улиц 26 Бакинских комиссаров и Ушакова, и ее большую семью хорошо знают старожилы города. 

 Коллеги и постоянные заказчицы, еще со времен работы в Доме мод, где она более десяти лет обшивала полгорода, называли Пашковскую Надя-золотые ручки. 

В детстве ученица махачкалинской школы № 5, как и многие ее  ровесницы, шила одежду куклам, а к окончанию школы своими руками справила себе модный летний наряд. 

 – Мы  в школе, в старших классах, факультативом получали рабочую профессию вместе с аттестатом. Я выбрала швейное дело. Поступила в Московский государственный текстильный институт имени А. Н. Косыгина, основанный еще в 1919 году. Окончила учебу и вернулась домой с красным дипломом инженера швейного производства, продолжив дело своей мамы Лидии Пашковской.

– Мама проработала всю жизнь на знаменитой текстильной фабрике имени III Интернационала, – начала рассказывать о своей семье Надежда Константиновна. – Отец, Константин Васильевич, – представитель романтической профессии «дальнобойщик», был очень эрудирован, кроссворды отгадывал за пару минут, обыгрывал всех в шахматы и мог поддержать разговор на любую тему. Папа привил нам, своим четырем дочерям, интерес к знаниям, культуре и искусству и серьезное отношение к труду. Вышла замуж, родила дочь, именно с ней я делюсь своими замыслами и претворяю в жизнь свои идеи.

Они давно уже вместе моделируют и шьют одежду для коллекций от-кутюр.

«От-кутюр» и «прет-а-порте»?

Надежда Константиновна с начала своей карьеры и по сей день не устает разъяснять разницу между терминами «прет-а-порте́» и «от-кутюр».

 – «Прет-а-порте́ – модели готовой одежды, созданные для массового производства, то есть широкого потребления. У нас это называлось «ширпотреб». Одежда «от-кутюр» – это творения модельеров, коллекционные модели для показов мод, созданные в единственном экземпляре или выполненные по заказу конкретного человека. В Советском Союзе мы называли это индпошивом. У нас была сформирована привычка шить индивидуальную одежду, но за пару десятков лет мы потеряли эту культуру», – объясняет Пашковская.

                                         Кавказский стиль

– Махачкала стала другой. Все, что было принято у горожан и считалось престижным, модным, ушло в далекое прошлое, по которому немногие оставшиеся старожилы ностальгируют теперь в соцсетях. Когда-то заказать одежду в Доме мод, от которого осталась одна вывеска и на третьем этаже мастерская Шамхала Алиханова, было показателем социального статуса, не обязательно богатства. Тогда мы разделяли эти понятия, – улыбается наша героиня. 

 В 90-х годах, как ни странно, в Дагестане реализовалось много творческих проектов, концертов, конкурсов и фестивалей; сформировалась как-то сама собой творческая элита: КВН-щики, продюсеры, музыкальные группы и яркие солисты, узнаваемые журналисты и целая плеяда молодых художников-модельеров при поддержке уже известных дизайнеров одежды. Тогда серьезно заявил о себе конкурс и фестиваль моды для дизайнеров одежды со всего Северного Кавказа «Кавказский стиль».

      Вместе с этим конкурсом у нас проводился и региональный отборочный тур Всероссийского «Русского силуэта». Это были довольно значимые события культурной жизни республики, ставшие стартовой площадкой для таких известных у нас и за пределами республики модельеров, как Гала Омаханова, Анна Джетере, Шамхал Алиханов, Вера Агошкина и многие другие.

–  Я представляла на фестивале свою коллекцию женской одежды «Элегантно на каждый день». В моих моделях платьев и пальто были элементы кроя национального платья «къабалай». Специалисты и журналисты дали высокую оценку моему творчеству. Ислам Шовкринский, который был в жюри «Кавказского стиля», особо отметил в коллекции китель с сутажной вышивкой в этностиле. Этника в моих моделях органично вписалась в модные тенденции того времени, – вспоминает Надежда Константиновна.

Фестиваль развивался, и у него были все предпосылки получить статус не только регионального, но и международного. Тогда стали открываться швейные мастерские от модельеров, ставших популярными благодаря этому конкурсу моды. В очередь на пошив к дизайнерам одежды записывались за несколько месяцев. Коллекционные модели с показов раскупали, как горячие пирожки. Это был настоящий ажиотаж вокруг модельного бизнеса. 

 Но мир стремительно менялся, изменились и махачкалинцы. Сегодня это уже  не те люди, что жили в городе 20 лет назад.

Дагестанская мода.

– Когда-то существовала дагестанская мода, но сегодня ее как будто нет вообще. Вместе с «Кавказским стилем» дагестанская мода угасла. 

Мода – это зеркало состояния общества. Летом и в межсезонье люди хоть как-то разнообразят одежду, но зимой Махачкала из-за черных стеганых пуховиков-ватников больше похожа на тюремную зону.

 Молодежь покупает одежду на сайтах и уже не отличает мужскую одежду от женской. Так называемый унисекс…  Девушки покупают толстовки в мужских отделах, парни – футболки с блестками, – грустно делится Пашковская.

Проблема!

–  Почему сегодня люди не заказывают себе индивидуально  одежду у личного портного, как раньше?

Вопрос не застал собеседницу врасплох. Эта проблема волнует ее давно и серьезно, как и многих ее коллег.

 – Дагестанские женщины всегда любили одеваться дорого-богато, но такого нашествия одежды на рынках, в магазинах, особенно в «экономах», я прежде никогда не видела. И одежда эта продается настолько недорого, что даже я, умеющая шить с детства, охотно беру готовые вещи, которые идут в ногу с модой, сидят нормально и стоят дешевле, чем отрез ткани. Как еще долго просуществует профессия индивидуальный дизайнер одежды, а по старинке – портной, страшно представить! Ведь даже обеспеченные люди предпочитают покупать готовые вещи. Не потому, что им жалко денег. Просто они не видят необходимости идти в ателье, тратить время на снятие мерок и потом не один раз прийти на примерки к мастеру. Гораздо проще купить готовую вещь, ну, и, в крайнем случае, подогнать ее по фигуре.

 – Я спрошу Вас прямо: например, профессия машинистки умерла как-то внезапно, а еще раньше прекратили существование профессии телефонистки, диктора и другие…  Есть у Вас надежда, что индпошив еще будет жить?

Спрос на индпошив падает, но поток клиентов в швейные ателье пока не иссяк. Надо признать, что сейчас швеям приходится, в основном, ремонтировать и корректировать готовую одежду. Однако постоянные клиентки швейных мастерских – это не только дамы с особенностями фигуры, но и те, кто не хочет быть «как все». Ко мне приходят женщины, которым и платье, и аксессуары к нему нужны в комплекте. Они покупают дорогущие ткани и идут шить платье в единственном экземпляре, и я обещаю им его не повторять! Мастеров индпошива осталось немного, а будет еще меньше – молодежь в эту профессию почти не идет. Естественно, с уменьшением количества портных и услуги будут дорожать! – уверена Надежда.

 –  А почему молодежь не идет в профессию?

– Да потому, что пойти учиться сразу после школы в профтехучилища и колледжи у нас считается непрестижным. Многие получают высшее образование, но где взять столько престижных вакансий? Многие молодые люди с дипломами юристов, экономистов и менеджеров остаются без работы. И тогда молодежь, например, женщины с маленькими детьми, начинают искать любую работу и осваивать рабочую специальность, которая дает им возможность заработать. В мою молодость было наоборот. Сегодня  в профессию идут, но уже не молоденькие девчушки, как было раньше.

В последнее время принято озвучивать проблемы, жаловаться и решения ждать от власти. А что Вы делаете для того, чтобы сохранить профессию дизайнера одежды и свою школу мастерства?

 – У меня есть волонтерский проект «Творчество и дети», в который входят мастер-классы для обычных школьников и воспитанников интернатов по декупажу, аппликации, конструированию, а также знакомство с народными ремеслами, традиционным рукоделием. За годы работы у меня накопилось много знаний и опыта, которыми я хотела бы поделиться с подрастающим поколением. Так, на общественных началах я организовала клуб дизайнеров «Ветры моды». Символика клуба отражена и в названии, ведь Махачкала – город ветров. Песок, море, гора Тарки-Тау, ветер…

 Все это у нас отражено в колорите и крое моделей, которые создают члены клуба.

 У нас есть девочки с массой творческих идей. Я помогаю им защитить их авторские права, одновременно стараюсь сохранить свою школу дизайнерского мастерства. Надеюсь, через несколько лет мы услышим новые имена дагестанских модельеров на показах высокой моды.

Меня радует, что сегодня не потеряли своей актуальности и школы моих коллег: Галы Омахановой, Веры Агошкиной, Шамхала Алиханова и других дизайнеров.

 Научная работа

 Надежда Пашковская сегодня занимается и научной работой по более углубленному изучению национальных дагестанских костюмов. Собран большой материал по кавказскому русскому костюму терских казаков Северного Дагестана. Проект находится в Министерстве по национальной политике и делам религии, в центре русского языка и культуры. 

 – Модели намечено шить для Исторического музея Москвы, заказ уже получен. В настоящее время занимаюсь историей происхождения высокогорного женского аварского костюма, крой которого хранит следы многовекового прошлого. Получается, что именно в крое женского костюма отображается связь аварского народа с другими этносами Северного Кавказа, в том числе и славянскими. 

 Например, в высокогорных районах туникообразное платье кроят точно так же, как и рубаху Древней Руси до IX века, а головной убор аварок Шамильского района уходит в далекое прошлое до нашей эры. Я уже сделала 10 рисунков и описаний к ним. 

Я люблю Дагестан и свой родной город Махачкалу, и работа по созданию современной одежды у меня на первом месте!  Хотела бы всем женщинам Дагестана сшить платья из счастья! – подытоживает беседу Надежда Константиновна.

 

Беседовала Виолетта Ратенкова

 

Рубрика: 

Новый номер