среда, 29 мая 2024
6+

Вместе мы – сила

Таких людей принято называть особыми. Почему? Они выбиваются из общей массы своим особым, непохожим на обывательские представления отношением к окружающему миру. Наверное, в этом их загадка. Не каждому дано разглядеть их внутренний мир, радужный, гармоничный. Главное в них – они умеют быть счастливыми и радоваться жизни...

Кажется, обычная горская женщина, сдержанная, немногословная, трудолюбивая. Вот и аварский хинкал делает за считанные минуты – ароматный, пышный, с горскими приправами, с сушеным мясом. И тогда кажется, что ты не в городской квартире в многоэтажном доме, а в сакле, из окна которой видны величественные горы.

 – Когда строили Ирганайскую ГЭС, молодежь, приехавшая по комсомольским путевкам, решила обосноваться здесь и построила городок, – рассказывает наша героиня Хадижат Гасаева. – Знаете, каким интернациональным был поселок, какая жизнь была удивительная, сколько судеб переплелось, сколько семей создано!

Сегодня ей кажется, что всё это было не с ней. Такими разными оказались прошлая жизнь и другая, «перестроечная» пора, ставшая настоящим испытанием для нее, для земляков.

– Ты слышала, о чем сегодня говорили в Шамилькале на юбилее района? – спрашивает она. – В каждом выступлении – боль за те годы, когда в Унцукульский район боялись приезжать не то что туристы, –  дагестанцы. Это были трудные времена, но мы преодолели страшную болезнь и постепенно выздоравливаем. И это главное.

Она вспоминает свое детство, отрочество. С годами они все ярче, явственнее проступают в памяти.

– Если спросишь у меня, какие годы самые счастливые, я скажу – те, что я прожила рядом с родителями, тогда все виделось в розовом свете, казалось, все мечты сбудутся…  И не знала я тогда, что дом – это и есть самое дорогое на свете.

Отец родом из Куяда Гунибского района. Был, знаешь ли, таким вот народным самородком. Все, за что он брался, выходило ловко, основательно, добротно. Долгое время он выпускал районную газету «Унсоколо колхозник». Самостоятельно изучил типографское дело, да так, что его приглашали в самые дальние районы, где не хватало специалистов-печатников. А еще раньше работал бурильщиком, всегда был на хорошем счету. Где только не перебывал, а вот остался в Унцукульском районе, где и встретил маму, Пайзат ее звали, она работала в колхозе в Гимрах. И это, наверное, была судьба. Я так гордилась отцом: что ни спроси – он все знал и объяснял толково, со знанием дела.

Единственная дочь, Хадижат была любимицей родителей. Хотя, как она признается, ее никогда не баловали – в  горах ведь это не принято.

– Это невозможно передать словами, – говорит она, – какое это чувство,  когда тебя окружают древняя земля, горы, где сражался великий Шамиль. И в крови твоей – гордость и тяга к святым для тебя местам. Школьные годы вспоминаются не только атмосферой единой семьи, но и дружбой со сверстниками, которая с годами перерастает в почти родственные отношения.

Она и сегодня, рассказывая о жизни в районе, спешит сообщить, что ее одноклассники – состоявшиеся люди, руководители государственных и районных структур. После школы выпускники разлетелись кто куда. А она устроилась диктором местного радиовещания, корреспондентом-организатором. Это было для нее по-настоящему интересное новое дело.

– Да я знаешь какая в детстве была! – смеется она, – И по горам лазала, и в реке купалась, и наперегонки могла любого мальчишку обогнать. Вот и работала так же – летала по всему району, как стрела. Помню, как в 1973 году делала свой первый репортаж о знаменитом рекордсмене – бригадире овощеводов Абдулгамиде. И сразу захотела стать агрономом. Позже мечтала о журналистике. А поступила в Махачкалинский гидромелиоративный техникум на отделение гидротехники.

 Тогда мне советовали поступить в Ростовскую высшую партшколу, но я не поехала. Думала: куда торопиться? А больше всего мне была близка живая работа: копошиться в земле, искать неизведанное. Тогда геологом мечтал стать каждый. Правда, мои подруги все больше мечтали о профессии врача, учителя, но я ведь была папина дочка и ничем не хотела отличаться от своих сверстников ребят, занималась скалолазанием, плаванием. Вот и выбрала мужскую профессию.

Да у меня руки чесались – так хотела заниматься самостоятельной серьезной работой. И когда начали строить Ирганайскую ГЭС и здесь стали вести изыскательские работы Ленгидропроекта, то я, не задумываясь, решила для себя, что обязательно должна быть среди людей, которые изменят прежнюю жизнь в районе, создав огромное рукотворное море, дав людям электроэнергию, свет…

-  Да, это было время романтиков... Нам говорили, что современный Дагестан немыслим без энергетических гидрокаскадов, утверждали, что природной среде не будет нанесен ущерб. Ученые тогда много спорили об этом, продолжают спор и по сегодняшний день. Тогда под воду ушли знаменитые унцукульские сады, жилые постройки, кладбища. Но мы были охвачены энтузиазмом нового, неизведанного и считали, что иного пути нет.

У меня к тому времени были свободный диплом и сын. И он был у меня таким же самостоятельным, как и я, – шутит Хадижат Мухтаровна. – Как сегодня помню свой первый рабочий день в экспедиции № 2 партии № 33 Ленгидропроекта. Экспедиция работала в Дагестане с 1969 года, возглавлял ее Аркадий Цер, человек энциклопедических знаний, известный в стране геолог, он был крепким профессионалом, имевшим академическое образование.

 – Как-то сразу пошло дело, – говорит Хадижат Мухтаровна, – и мой диплом с хорошими оценками сыграл свою роль. Немаловажно было и то, что я хорошо знаю местность, быстро ориентируюсь. Я очень гордилась своим новым статусом техника-геолога. Даже не могла представить, с какими трудностями мне придется столкнуться. В непогоду, дождь и грязь пешком приходилось идти много километров.

Хоть и нелегко было, она только подстегивала себя, стараясь походить на своих коллег, как будто высеченных из камня. А им все было нипочем, когда речь шла о работе. Она по-настоящему подружилась с супругами-геологами Цер. И дружба эта продолжается и по сей день.

– 1976 год, – вспоминает Хадижат Мухтаровна, – время комсомольских строек и громких проектов. Это была счастливая жизнь, и тогда мы и предположить не могли, какие страдания принесет нам развал страны. Казалось, впереди только светлое будущее. Помню, как я впервые документировала геологическую разведку для проходки будущей скважины, определяла скальную породу, то есть земляные воронки с более рыхлыми отложениями. Но самое главное было – определить, на какой глубине находятся подземные воды, чтобы найти наиболее подходящее место для строительства водохранилища.

Молодой геолог прошла хорошую профессиональную школу. Работала на створе плотины будущей Ирганайской ГЭС, участвовала в геологической съемке под гимринским автодорожным тоннелем. И гордится, что работала со светилами российской геологии Анатолием Профатиловым, Елизаветой Щуко.

– Помню, сколько пришлось изучать Гимринский хребет на южном портале будущего тоннеля, – вспоминает она. – Трудоемкий был процесс, требовалось бесконечно копать шурфы, бурить скважины, я документировала их, отправлялась назад на створы, где был водозабор, снова копала, документировала каждый объект, определяя глубину подземных вод для обеспечения будущего поселка Дубки.

Работали сутками, но, по признанию нашей героини, ей нравились и ее дело, и масштаб преобразований.

– Мы покоряли стихию, и это был такой адреналин, что ты не чувствовал усталости, а только ощущал гордость за величие человека, покоряющего суровую природу.

 В 1978 году уже опытный геолог Хадижат Мухтаровна вместе с коллегами делала съемку под «постоянный» поселок Светогорск, позже получивший название Шамилькала. Всего было пробурено семь скважин, чтобы определить грунт для строительства домов. Необходимо было узнать и глубину плодородного слоя в районе и снять его перед тем, как земли уйдут под воду.

– Не по себе было, – вспоминает она, – но нам говорили, что иначе нельзя. Хадижат Мухтаровна методично перечисляет геологические объекты, где ей пришлось работать: Андийское Койсу, Тантаринская ГЭС, Игалинская ГЭС, Инхойская ГЭС…

Рассказывая о людях, с которыми ее столкнула жизнь, она как будто возвращается в молодость. Глаза ее светятся, а лицо молодеет, обретая юношескую, задорную красоту.

А я у нее спрашиваю: а что еще в жизни было, кроме работы? Она удивляется.

– Это и есть моя настоящая жизнь. Столько было необыкновенных встреч с людьми, научивших тебя настоящему профессионализму, поиску, самоотдаче. А разве этого мало?

Переубедить ее невозможно. И лишь попав в ее скромную квартиру, понимаешь, что это правда.

– Несовременный вы человек, – говорю я ей. Она со мной соглашается и продолжает свой рассказ.

 – Я мечтала продолжить обучение и поступить в Ленинградский горный институт. Работала и училась. И снова воспоминания охватывают ее: Гоцатлинская, Гунибская ГЭС, и каждый раз кажется – это новый, самый ответственный участок работы.

– Девяностые для республики и для всей страны оказались роковыми, – говорит Хадижат Мухтаровна. – Все федеральные, республиканские программы по строительству ГЭС были свернуты, геологоразведка почти не велась.

Пришли тяжелые времена, но и тогда, не упав духом, она работала. Два года преподавала в Гимринской школе краеведение, в Доме детского творчества вела уроки, приобщала детей к знаниям и говорила, что только получив образование, человек может чувствовать себе уверенным в том, что у него есть будущее.

Спрашиваю, чем занимается сын Хадижат Мухтаровны – Муртазали.

 – Он геолог. Живет в Санкт-Петербурге, работает. Мои коллеги, которые сейчас живут в городе на Неве, их дети – это  друзья моего сына. Это так важно.


         Хоть редко, но она выбирается в Санкт-Петербург. Встреча с коллегами – это для нее такая отдушина. Скучать ей некогда.

– Надо жить не прошлым, а настоящим, – считает необыкновенный оптимист Хадижат Мухтаровна. – Для меня горы, земля, леса – среда, привычная для обитания, отсюда я черпаю силы. Я ведь, как и мой отец, много путешествую, зимой хожу на лыжах. Он прожил 92 года, и мне говорил, что в движении – жизнь.

Да, и в самом деле, бодрости нашей героини можно только позавидовать. Мне кажется, что именно ее внутренний дух дает ту силу, благодаря которой она в такой хорошей форме. А как иначе?

 Хадижат Мухтаровна пишет книгу, мечтает снять фильм о своих земляках. Она частый гость в Гунибском районе, в селе Куяда, откуда родом отец.

– Я аварский интернационалист, – снова шутит Хадижат. Она работает, выполняя частные заказы по геологическим изысканиям. Много читает, любит поэзию Ф. Алиевой, Р. Гамзатова. Это наше национальное достояние, говорит она.

Много размышляет о том, что происходит в стране, республике.

– И раньше религия была отделена от государства, но кто хотел – молился, ходил в мечеть. Сегодня мы наблюдаем противостояние в самой религии, противопоставление религии светскому образу жизни, а это на руку идеологам, пытающимся разрушить наше государство. Это беда. И нужно думать, как с этим справиться. Я верующий человек и знаю, что ислам – миролюбивая, терпимая религия. Вот в таком ключе нам и надо говорить с теми молодыми, для которых религия стала основой мировоззрения.

Слова Хадижат Гасаевой – это слова мудреца, много познавшего, пережившего, стремящегося творить добро. Может быть, в этом и заключается главный секрет ее жизнелюбия, душевного тепла, которым она щедро делится с миром. К ее советам трудно не прислушаться, потому что она личность размышляющая, сопереживающая.

Заслуженный строитель РД, она никогда не стремилась делать карьеру, уступая более удачливым, предприимчивым коллегам. В ней скрыто множество талантов, которые достались ей от предков, живших по законам гор. Они  передавали потомкам по наследству традиции и обычаи, которыми так гордится наш многонациональный край, богатый самобытной культурой.

 – Все  в обществе взаимосвязано, и потому от каждого из нас зависит, каким быть Дагестану, кто придет на смену старшему поколению.  Одно знаю точно, – убеждена Хадижат Мухтаровна, – это должны быть те, кто думает о родине, переживает вместе с ней трудные времена, не предавая ее. Только вместе мы будем сильны….

 

Журнал "Женщина Дагестана", № 7-8, 2016.

Рубрика: 
Фото: 

Здесь может быть размещена ваша реклама

Новый номер