понедельник, 15 июля 2024
6+

Эльмира Ибрагимова. ПРОСТИ МЕНЯ, МАМА (продолжение)

Не помогло наладить отношения свекрови и невестки даже рождение подряд двух малышей, когда Амина стала приходящей няней и домработницей в семье сына. Диана спала, а свекровь ходила на рынок, в магазины, гуляла с малышами, кормила, поила…

В один из дней Арсен, пряча глаза от неудобства, сказал ей, что, жалея ее, уже немолодую и нездоровую, они решили найти няню. Поначалу, поверив в приведенные сыном причины, Амина запротестовала:

– Сынок, своя ноша плеч не давит. Мне это только в радость, я как проснусь – бегу к вам, скучаю по мальчикам. С ними я все плохое забываю, радуюсь. Арсен был вынужден сказать, что так хочет Диана. Он говорил правду: накануне Диана устроила истерику, сказав, что свекровь раздражает ее. Денег у них достаточно, и комната лишняя есть, чтобы нанять круглосуточную няню.

 Амина опять постаралась понять сына. Спрятав обиду поглубже, старалась приходить в семью сына редко, а чтобы видеть внуков, ходила в парк, где с ними гуляла няня.

Шли годы. Но все оставалось по-прежнему. О том, что мальчики могут переночевать у бабушки или поехать с ней в село, как та не раз просила, Диана и слышать не хотела.

Однажды ничего не понимающая Амина все же решилась на разговор с сыном, спросила у Арсена, почему Диана изолирует ее от внуков, за что так ненавидит ее? Сын раздраженно ответил:

–Ты опять придираешься к Диане? Как же мне надоела ваша вечная война! Может, мне развестись? Ты успокоишься тогда?

Задохнувшись от несправедливости, Амина не сразу смогла ответить. Такой реакции она не ожидала, ведь впервые решилась заговорить об этом.

Шли годы. Амина редко видела сына и внуков и до слез скучала по ним. Она совсем перестала ходить к сыну в гости, заметив, как не нравятся невестке ее даже редкие визиты.

Как-то Амина заболела, и Зоя, несмотря на нежелание подруги, позвонила невестке и попросила проведать больную свекровь, отвезти к ней внуков. Но Диана безучастно и холодно ответила:

– Мои родители тоже болеют! Что тут поделаешь, возраст такой, порхать до глубокой старости ни у кого не получается. Пусть и ваша подруга осознает, наконец, это.

Зое стало больно за Амину: уж она-то хорошо знала, как «порхала» по жизни ее подруга.

…Сидя у могилы матери, Арсен испытывал боль и стыд. Перед ним вставал каждый случай их грубости, несправедливого, недопустимого отношения к родной матери. Только теперь он осознал, что все это происходило по его вине: не желая ссориться с женой, раз за разом он предавал человека, который беззаветно его любил.

Вспомнился день, когда заболел отец Дианы, и она ушла к родителям на выходные. Арсен с детьми остался дома. Позвонила мама и, узнав, что мальчишки с отцом, попросила сына привезти их. Арсен обрадовался:мать заберет детей, и ему не придется возиться с ними. Амина уже предвкушала: она напечёт пирожков, купит фрукты, сладости, а на следующий день – годовщина смерти деда, и дети могут пойти вместе с ней на кладбище. Амина и сыну напомнила об этом.

– Не смогу, мама, надо было раньше мне сказать, я с ребятами на дачу еду.

Амина опять уговорила себя понять сына. С утра, взяв с собой мальчиков, пошла на кладбище. Показала им могилу, рассказала о деде.

Дома их уже ждали разъярённая Диана и Арсен, которого невестка срочно вызвала с дачи. Мальчики кинулись к матери, им не терпелось поделиться, что они были у дедушки. Диана разъярилась еще больше: как смела свекровь, не спросив у матери, таскать детей по кладбищам?! Вон, на них лица нет! – кричала она.

Арсен попытался сделать жене замечание, но та взорвалась и напала теперь уже на него:

– Ты настоящий сын своей матери! Пещерные вы люди, понятия не имеете, как воспитывать детей, чем кормить, куда водить!

О болезни матери Арсен узнал от Зои. Он прибежал в тот же день, посидел немного. Но ни тогда, ни позже серьезно к ее недугу почему-то не отнесся. А Амина, не желая пугать сына, на здоровье не жаловалась, и Зое запретила посвящать Арсена в истинное положение вещей. Одно единственное желание, которое она выражала, – увидеть внуков.

 Однажды женщина, так и не дождавшись детей, позвонила сыну:

– Пожалуйста, приведи мальчишек. Я хочу вас увидеть, мне уже немного осталось…

Сейчас Арсен проклинал себя: почему его сердце было так глухо, почему оно не почувствовало никакой тревоги за мать?

В голове стучало молотком – «мне мало осталось», как же он не насторожился – ведь мать никогда словами не бросалась!

Арсен помнил просьбу матери, но знал и другое: первым делом она спросит о мальчиках, а Диана их не отпускала, устраивала истерики. Арсен понимал, что нужно приструнить обнаглевшую жену, но все никак не решался на тяжелый разговор.

Недели сменяли одна другую, а времени или необходимости проведать маму так и не нашлось. А она – все понимала, потому и не звала…

На кладбище темнело. Старик-сторож уже несколько раз подходил к одиноко сидящему у свежей могилы мужчине, беспокоился – с утра тут человек.

…Арсен уже неделю жил в опустевшей квартире матери. Только после ее смерти он узнал, что она снимала одну комнатку в двушке, во вторую пустила студентку, чтобы не так много платить одной. Не знал и того, что мать мыла три подъезда в своем доме, чтобы хватало на жизнь и оплату квартиры.  Особенно тяжело стало Амине после того, как она заболела – почти все уходило на лекарства.

«Выходит, ничего я про свою мать не знал… А Диана?! Как она могла?!» – с горечью спрашивал себя Арсен.

… Арсен поручил Диане назначить матери ежемесячную выплату. «Это ее бизнес, ее вложения, и она должна иметь свою долю», – объяснил он тогда жене, которой обозначенная сумма показалась слишком значительной. А теперь он узнает от Зои, что на следующий же день Диана пришла к свекрови и спросила:

– Какую сумму вы хотите ежемесячно? 

Амина удивилась, не понимая:

– О чем ты?

– Не притворяйтесь! Можно подумать, Арсен сам придумал платить вам ежемесячное пособие! Я оформлю деньги как благотворительность, как ежемесячную поддержку больного человека. Чем чужим, лучше вам! Итак, сколько денег вы хотите? – презрительно спросила невестка.

Зоя не выдержала:

– Знала, что ты хамка, но не думала, что до такой степени! Ничего, у тебя и самой сыновья есть, ты им хороший пример показала. А теперь пошла вон и не приходи сюда больше!

Диана клокотала от злости, но ушла молча: Зоя не ее свекровь, она сумеет постоять за себя; если разозлится, пойдет к Арсену разбираться.

Арсен со стыдом вспоминал сейчас и этот инцидент. Доверив тогда Диане пересылку денег, он ни разу не поинтересовался, выполнила ли жена его поручение, хватает ли больной матери на съем жилья, лекарства и питание?

В эти дни, после смерти матери, он остался в ее опустевшей квартире, почти ничего не ел, пил только воду, словно желал залить горящую, кровоточащую рану, но легче не становилось…

Он вернулся с кладбища уставший, измученный своими горькими мыслями. Прилег на мамин диван и сразу уснул.

… Мама накрыла его пледом, погладила по голове. Он, поймав ее руку, прижался к ней и заплакал:

– Прости меня, мама! Прости! Хотя я бы не смог! Я так виноват!– твердил он, как в горячке.

–Успокойся, сынок, я давно уже простила. Да и не сердилась на тебя особо, понимала: трудно выбирать между женой и матерью. Иди домой, сынок, тебя семья ждет.

– А ты, мама?!

– Меня уже не вернуть, сынок. И Диана тут ни при чем. Не вини ни себя, ни ее, постарайся восстановить мир в своей семье.

Арсен собирался что-то сказать матери, но она перебила его:

– Мне пора, я спешу, сынок. Пообещай, что уже сегодня вернешься домой и все наладишь. Ты мужчина, значит, ты должен все преодолеть. Я простила Диану, и ты прости, она мать твоих детей. Сделай это для меня, сделай так, как я прошу. Вернись и всем все прости. И себя тоже прости, не убивайся так …

– Мама, прости, прости! – кричал Арсен отчаянно, и от этого крика проснулся. Он вскочил, вытер мокрое от слез лицо маминым платком и  засобирался домой.

Арсен не знал, как будет жить дальше, что скажет жене, не знал…

Но он дал слово матери вернуться, простить всех и, прежде всего, себя, потому что только тогда мама простит и его.

Ведь она обещала…

 

 

Фото: 

Новый номер

Реклама