ЗАБЫТЫЙ ПРОМЫСЕЛ

На изображении может находиться: текст

 

 

                   Картинки по запросу кербалаи гусейн                                                                                          

                                     Лучшее в мире сырье для красителей выращивалось в Дагестане

        На одной из площадей французского Авиньона, издревле считающегося городом ткачей, стоит памятник дагестанцу Кербалаю Гусейну. Под ним надпись: «Человеку, сумевшему взрастить семена дикой марены». Теперь на исторической родине Кербалая вряд ли кто и припомнит это имя. Известно только то, что уроженец Дербента Кербалай был объектом постоянных насмешек горожан за свои опыты с природным красителем и умер в нищете и полном одиночестве. Да и о том, что в старину в наших краях ходили большие караваны, груженные дагестанской мареной, знают немногие. Еще арабские летописцы отмечали, что на рынках Востока, в частности Индии, купцы, прибывшие из Дербента, Кайтага, Табасарана, центральных и северных районов Дагестана, торгуют в основном мареной.

Это дикорастущее многолетнее растение повсеместно встречается в равнинной части Дагестана. Его корни содержат ализарин, пурпурин и другие красящие вещества. Ни один из красителей не дает столь прочных, красивых и вместе с тем разнообразных оттенков, как марена. Ковры, чья шерстяная нить окрашена этим природным красителем, имеют богатые и не выгорающие веками неповторимые тона. Не удивительно, что ни ковровое, ни ткацкое дело не могли обойтись без марены.

В продолжение сотен лет это растение было источником средств существования тысяч и тысяч семей. Местные жители искусно владели приемами получения разных оттенков цвета в зависимости от потравы и методов окраски. Русский ученый и путешественник Илья Березин, говоря о роли мареноводства в хозяйственной деятельности дербентцев, еще в 1848 году писал: «От речки Дарвага на север и далее к югу, к Рубасу, плантации марены почти вытеснили все роды посевов: все лучшие места заняты ею. Везде в окрестностях города, где только есть возможность посеять это прибыльное растение, там повсюду возвышаются гряды моренника. Все лощины по отрогам гор, крутые их скаты, куда хоть одна струя воды в избытке может приходить, заняты под гряды красительного корня».

Любопытен еще один факт, связанный с выращиванием марены в Дагестане. В марте 1843 года указом царя был утвержден городской герб Дербента. В нижнем правом углу герба изображены цветы и корни марены. Позже вместо марены стали изображать  виноградную кисть.

Наивысшего подъема дагестанское мареноводство достигло во второй половине XVIII – в XIX столетии. Связано это было с процессами, происходившими в соседней России. Огромная империя, все более и более наращивая свою военную мощь, поставила под ружье небывалое доселе количество солдат и офицеров. Для того чтобы обуть и одеть такую армию, создаются все новые и новые заводы и фабрики. Поиски сырья приводят русских в Дагестан, испокон веков славившийся своей мареной. Уже в 1757 году московские купцы, получившие монопольное право на копку этой культуры на Кавказе, строят первый завод по размолу и переработке корней марены. Русское правительство поощряло любые попытки разведения марены, вплоть до отвода даровых земель на Кавказе для выращивания этой культуры.

Раньше русские фабриканты были вынуждены ввозить красители из Западной Европы. Теперь же, даже когда цена кавказской марены чуть ли не в два раза стала превышать стоимость, к примеру, той же французской, русские предприниматели все же предпочитали покупать дагестанский крапп (измельченные в порошок корни марены. – А.А.), поскольку он содержал красящих веществ намного больше. Немаловажным было и то, что на грядках, занятых мареной, и в бороздках между ними сеяли озимую пшеницу. Такое сочетание способствовало задержке влаги в почве, благодаря чему крестьяне собирали зерно лучшего качества, а осенью – обильный урожай марены, доходивший до 300 пудов с десятины. В 1863 году в Дагестане под марену было занято более 16 тысяч десятин. В том же году в Россию и страны Европы вывезли 197 430 пудов марены.

На севере Дагестана наибольшими плантациями марены владел дворянский род Аджаматовых из Эндирея. У этой семьи были давние коммерческие связи с английскими фабрикантами, и именно на Британские острова через Астрахань поставлялась марена, выращенная на полях бывшего Хасавюртовского округа. И это продолжалось до тех пор, пока русский химик Зелинский  не открыл анилин и анилиновый искусственный краситель.

С замены марены анилиновыми красками начинается эпоха глубокого спада дагестанского ковроткачества. Ковры потеряли свою самобытность и красоту. Богатейшая гамма прекрасных по качеству тонов растительных красителей сменилась яркими, кричащими и грубыми цветами искусственных красок, крайне непрочных и портящих лицо ковра. Как результат, на международном рынке резко упала цена на ковры и ковровые изделия. Известен исторический факт: когда в мире начали использовать искусственные красители, иранский шах издал указ, строго запрещающий использование таких красителей для персидских ковров. Нарушившим волю повелителя отрубали правую руку. Но это не спасло ручное ковроткачество и сейчас на рынках и в магазинах вы видите более 90 процентов ковров, окрашенных искусственными красителями.

Однако, осознав, что не все новое лучше забытого старого, многие ковровые производства разных стран вернулись к мареновым красителям. Надо отметить, что на внешнем рынке в настоящее время ценятся ковры, окрашенные только естественными красителями. Диапазон применения марены довольно широк. Она идет не только на изготовление красителей, из нее получают также краповый лак, ализариновые чернила, литографические краски. Применяют марену и в медицинской промышленности, для изготовления различных спазмалитических экстрактов.

Делались несмелые попытки возродить мареноводство и у нас в Дагестане. Так, в 80-х годах прошлого века марена, высаженная на экспериментальных полях Хасавюртовского опытного хозяйства Дагестанского научно-исследовательского института сельского хозяйства, дала небывало обильный урожай. С одного гектара было получено 2,5 центнера сухих корней и корневищ.

Сейчас в республике единственным местом, где еще продолжают пользоваться технологиями прошлого и окрашивают ковровые нити природными, естественными красителями, является горный Табасаран. Правда сам процесс изготовления красок весьма трудоемкий, требующий от мастера особой выносливости и сноровки.

Марена – довольно неприхотливое растение. Как показали опыты ученых, этот природный краситель отлично растет и развивается среди междурядий плодовых культур, а также на бросовых участках, не занятых сельхозкультурами, в том числе и на голых песках вокруг Махачкалы. Вместе со строительством современных перерабатывающих цехов эта забытая культура, не предъявляющая особых требований к возделыванию, способна дать большой экономический эффект и помочь подняться с колен дагестанскому ковроткачеству.              

Автор: 

Партнеры