Эльмира Ибрагимова. ПО ЗАКОНУ БУМЕРАНГА

…С Эльдаром, братом моей коллеги Аси, я познакомилась на дне ее рождения. Все гости пришли парами, и только мы с ним оказались, как говорится, одиночками. Я была рада, когда Ася после торжества попросила брата подвезти меня домой. Эльдар понравился мне с первого взгляда: красивый, высокий, стройный, одетый с иголочки. Было заметно: Эльдар тоже обратил на меня внимание, весь вечер он активно ухаживал за мной за столом, приглашал танцевать. Улучив момент, Ася меня предупредила:

– Эльдар в свои сорок пять нравится всем: от сопливых девчонок до зрелых дам. Он у нас обаятельный. Ты свой человек, потому хочу предупредить заранее: он не твой принц: женат по любви, трое чудных деток, жена умница и красавица. Жаль, она не пришла, приболела, а то сама бы увидела, что это просто идеальная пара!

 Я и не думала о продолжении знакомства, поэтому предупреждение Аси покоробило меня…

Мы с Эльдаром подъехали к моему дому, но еще долго не могли закончить разговор, общение с ним было таким легким и приятным, словно встретились старые добрые знакомые. Прощаясь, Эльдар попросил телефон, а уже через полчаса раздался его звонок. В ту ночь мы проговорили с ним почти до утра. Эльдар рассказал о себе, о том, что в браке уже восемнадцать лет. В семье растут трое детей – сын и две дочери. Рассказал и о своем деле, процветающей строительной фирме, которую он создал с нуля. Когда Эльдар попросил меня рассказать о себе, я немного растерялась. В моей биографии не было никаких ярких событий, и я просто перечислила ее этапы: окончила школу, после выпускного сразу вышла замуж, прожила в браке полгода и разошлась. Муж оказался наркоманом, но о его страшном пороке узнала спустя три месяца после свадьбы. Я сказала мужу, что все расскажу его родителям, а он избил меня, беременную, до сотрясения мозга. Я попала в больницу, потеряла ребенка…Вернулась уже в родительский дом. В неполные девятнадцать лет развелась и поступила в университет; после его окончания работаю в торговой фирме. Сейчас мне 27, и я живу с родителями…

Мы с Эльдаром стали встречаться. Разница в 15 лет меня не смущала. Каждый вечер  он заезжал за мной на работу, и мы отправлялись с ним в наш маленький рай – небольшую квартирку на окраине города. Со временем моя привязанность к нему стала еще сильнее, но эта ситуация стала меня напрягать: у Эльдара трое детей, которых он обожает, жена, о которой он всегда говорит тепло и с нежностью, как о родном человеке.

Так прошел год. В один из дней я решилась на разговор с Эльдаром и сказала, что не могу оставаться вечной любовницей, что в дом ходят сваты, и родители просят меня определиться. «Если ты не можешь решить эту проблему, нам лучше расстаться», – заявила я.

В течение месяца я не отвечала на его звонки и сообщения, хотя сердце разрывалось от тоски. Однажды он пришел ко мне на работу, наш разговор состоялся прямо в кабинете. Эльдар сказал, что любит и не может без меня жить. Попросил подождать год, пока старший сын окончит школу, обещал уже в ближайшее время поговорить с женой о разводе.

Мы помирились и опять стали встречаться. Прошел год, сын окончил школу, поступил в университет, но ничего не изменилось. Я все ждала от Эльдара разговора о разводе, но он молчал. И тогда я сама спросила его: можем ли мы теперь быть вместе в законном браке, как он обещал? Эльдар, пряча глаза, ответил, у Саиды проблемы с грудью, врачи подозревают нехорошее. Сказал, что должен в ближайшее время отвезти ее в Москву, и в этой ситуации говорить с женой о разводе не сможет.

– Значит, наша жизнь будет зависеть от ее диагноза? – я с трудом сдерживала себя, чтобы не устроить истерику.

Московские врачи рекомендовали жене Эльдара наблюдать опухоль, обследоваться два раза в год.

Я понимала состояние Эльдара, но не могла не думать о себе. Видя, что он никак не определится, а также почувствовав, что нет в нем былого желания быть со мной, я сообщила ему, что беременна и избавляться от ребенка не буду – после выкидыша в первом браке рискую остаться бездетной.

 Эльдар заметно расстроился, но при этом обещал решить проблему. Где-то через неделю я услышала в телефоне незнакомый женский голос:

– Мы можем поговорить? Я Саида, жена Эльдара.

 Я растерялась, но тут же взяла себя в руки: значит, он поговорил с женой. Что же ей нужно?

– Я знала, что вы встречаетесь с Эльдаром, но молчала, хотя это было нелегко, – наверное, не была готова к разводу.  А может, потому что у нас уже была такая ситуация. Я тешила себя надеждой, что для вас обоих эти отношения временные…

Я прервала собеседницу:

– Что вам от меня нужно?

– Я прошу вас оставить Эльдара в семье. Его уход станет большим стрессом для детей, они слишком привязаны к отцу. Он тоже очень любит их…

– У меня будет ребенок, ему тоже нужен отец, – оборвала я соперницу.

– Ради детей я согласна даже на то, чтобы Эльдар жил на две семьи, – выдавила Саида. – У младшей дочери в детстве были неврологические проблемы, она заикалась, и мы с трудом ее вылечили. Врачи рекомендовали беречь ее от стрессов. О старших даже не говорю, для них наш развод будет ударом…

 – Ах, какие мы нежные! Стрессы противопоказаны и вам, предрасположенной к раку, и вашей дочери-заике, да? А мне эти переживания полезны? – взорвалась я. – Вы звоните просить о помощи? Где ваша гордость? Так трудно понять, что муж вас больше не любит? Он остается с вами из жалости, иначе бы мы поженились еще год назад. Рак не подтвердили – живите и радуйтесь! Не спекулируйте на болезнях – своих и детей! – в меня словно бес вселился, и я несла все подряд: – Другая бы прогнала его, а вы два года закрываете глаза на измену мужа. Понятно, вам его деньги нужны...

– Денег у моих родителей больше, чем у него, и я у них одна. Но в остальном вы правы, мне не надо было звонить вам, – тихо сказала женщина и положила трубку.

…Жизнь с Эльдаром началась безрадостно. На небольшой вечеринке, устроенной после регистрации брака, не было ни его друзей, ни родственников. Эльдар весь вечер был грустным и задумчивым, и мы, с трудом дождавшись конца своей странной свадьбы, поссорились в первую же ночь. Я упрекнула его за траурное настроение, которое заметили все.

– Все меня не интересуют, а ты могла бы и понять, если бы любила. Моя мать в больнице с предынсультом, но не хочет меня видеть. Дети со мной не разговаривают… От меня отвернулись все – родные и близкие, друзья и коллеги. Как ни странно, поддержала только Саида, которую я предал. Просила не переживать, обещала успокоить детей…

– Твоя хитромудрая Саида – еще та акула, – буркнула я, не скрывая ревности к теплоте, с которой он говорил о бывшей жене. – Разыграла спектакль, всех против настроила, а сама овечкой прикинулась, утешает тебя!

Эльдар посмотрел на меня так, что я съежилась от неожиданной ненависти его взгляда, и жестко бросил:

– Саида – мать моих детей и очень достойный человек. Не смей говорить о ней плохо!

Потекли безрадостные дни. Словно и не было между нами трех лет любви, страсти, радости. С трудом я вышла из положения с выдуманной беременностью, сымитировав недомогание, а потом выкидыш. Помог удобный случай. Эльдар уехал на три месяца в командировку, а по приезде я сказала, что потеряла ребенка из-за переживаний, его изменившегося ко мне отношения. Мужу и в голову не пришло, что я, осунувшаяся и побледневшая, просто хорошо сыграла свою роль. Он утешал меня, чувствовал себя виноватым, уверял, что дети у нас еще будут.

Шло время, но оно еще больше отодвигало нас друг от друга.

Саида уговорила обиженных на отца девочек не отказывать Эльдару во встречах, и хотя старший сын так и не разговаривал ним, муж нередко бывал у них. Свое недовольство я решилась выразить, когда узнала о наступившей беременности. Желая хоть как-то привлечь внимание Эльдара, я, и в самом деле замученная токсикозом, капризничала, истерила, была всем недовольна. А муж молча терпел мое несносное поведение.

– Почему ты ходишь к ним домой? Встречайся с детьми на нейтральной территории, посылай за ними водителя. Знаю, ты ходишь к своей Саиде, прикрываясь детьми…

– Не беспокойся, Саиде я не нужен. В ее глазах только жалость ко мне, – ответил Эльдар, не подозревая, как эти слова взорвут меня.

– Ах, ты ей в глаза заглядываешь, любовь в них ищешь, а там жалость, да? – орала я. Но Эльдар, привыкший к моим истерикам, молча ушел в другую комнату.

Я оказалась в полном вакууме. У меня не было подруг, никто не радовался моей беременности и в семье мужа. Единственным человеком, который старался меня поддержать, была мама, а отец, бабушка и даже сестра почти не разговаривали со мной.

Мы с Эльдаром никуда не ходили вместе из-за того, что его окружение меня не признавало. Вначале он, как бы проявляя солидарность, оставался со мной дома, но постепенно стал один ходить в гости и на торжества, объяснял это тем, что не может отвернуться от прошлой жизни и тех, кто в ней был.

Родилась наша дочь Диана, но и она, очаровательная малышка, не смогла спасти неудавшийся брак. Эльдар старался реже быть дома, но, как я поняла, часто бывал в прежней семье. Я испытывала ревность и обиду, упрекала мужа, но постепенно он совсем перестал реагировать на мои недовольства. Однажды в ответ на мои очередные претензии закричал:

– Успокойся, до Саиды дошли твои разговоры, и она попросила меня не приходить к ним. Девочки будут встречаться со мной, как ты и хотела, на нейтральной территории. А может быть, лучше у нас здесь? Познакомим их с сестрой. Я не успела и рта открыть, как Эльдар перебил меня:

– Не беспокойся, не приведу я сюда своих дочерей, боюсь, они отравятся твоим ядом.

Муж теперь стал часто приходить пьяным. Как раз в это время сильно заболела Диана, и детский кардиолог вынес неутешительный прогноз – сложный врожденный порок сердца. Эльдар отвез нас в Москву и, устроив нас в детский кардиоцентр, уехал. В Москве мы с Дианой пробыли больше месяца. Девочку подлечили, но по поводу операции рекомендовали обратиться позже.

Мы вернулись домой, и в тот же вечер мне опять позвонили «доброжелатели», сообщили новость: Эльдар встречается со своей секретаршей Зулей. Их отношения ни для кого не тайна, они и не скрывают ничего. Мало того, Эльдар беспробудно пьет, а Зуля, пользуясь этим, взяла бразды правления на фирме в свои руки… Поделились и адресом квартиры, где они встречаются.

И вот через пару дней, оставив дочь с матерью, я отправилась к Зуле.

Напрасно я предвкушала ее страх и чувство вины мужа. Она открыла мне дверь и спокойно, глядя в глаза, спросила:

– Эльдара ищешь? Он в ванной. Я попыталась войти, но девушка оттолкнула меня.

– Это моя квартира, и я тебя в гости не приглашала!

– Но там мой муж, – выкрикнула я, ошалевшая от ее наглости.

– Твой муж? Ты, наверное, не в курсе, что он ушел от тебя ко мне. Мы ждем, пока твоей козявке год исполнится, чтобы развод получить. Убирайся отсюда!

– Ах ты, дрянь малолетняя! – разозлилась я… Ты как со мной разговариваешь?! Ты чего влезла в нашу семью, у нас ребенок …

– Да что ты говоришь! – язвительно улыбаясь, ответила Зуля. – У тебя, значит, ребенок, а у жены Эльдара, от которой ты его отодрала, их трое было! Иди отсюда и лечи свою больную дочку, чтобы она не померла, а то вообще на улице окажешься!

В прихожую в банном халате, изрядно выпивший, вышел Эльдар.

 – Ты зачем сюда пришла? – грубо спросил он.

– За тобой, пойдем домой, там обо всем и поговорим, – как можно спокойно выговорила я, не желая выяснять отношения при Зуле.

– Домой? Туда меня не зовут… Нет теперь у меня ни дома, ни жены, ни семьи... Только четверо детей, перед которыми я виноват. Дай бог, чтобы они простили меня. Уходи! Мне уже все равно – ты или она, – он с такой же ненавистью посмотрел на Зулю. – Была у меня и жена, и любимая женщина, и хороший человек рядом. Только не уберег я свое счастье… Не простит она никогда…Да кому я это говорю! Убирайся! Ты жизнь у меня отняла, чего еще от меня хочешь? Ненавижу тебя! – буквально выдохнул измученный постаревший мужчина, по испитому лицу которого катились горькие слезы…

Вспоминаю все это и только теперь понимаю, что сделала с жизнью Эльдара, его детей, женщины, которая, действительно, его любила… Что сделала со своей жизнью? Я все разрушила… Только вот жалеть меня вряд ли кто будет. Все так, как и должно быть, справедливо. По закону бумеранга…

Фото: 

Свежий номер

Партнеры