Фарзилат Ражабова – первая журналистка в Табасаранском районе. Примечательно, что она изначально не связывала свою жизнь с журналистикой, но судьба распорядилась иначе. И вот она уже без малого сорок лет пишет статьи на одном из самых сложных в мире языков.
Родилась она в 1956 году. Росла в большой семье вместе с четырьмя братьями и двумя сестрами. Мать работала ковровщицей и особых вопросов, кем станет Фарзилат, когда подрастет, не возникало.
«В Табасаранском районе девочка не могла не стать ковровщицей, – улыбаясь, рассказывает Фарзилат, – это наша старая добрая традиция. Родилась в табасаранской семье девочкой? Иди, работай на ковровую фабрику. Это сейчас девочки не очень хотят заниматься этим делом. Раньше даже такой мысли возникнуть не могло».
Фарзилат вышла замуж, родила трех детей, работала на ковровой фабрике и не предполагала, что в будущем ей предстоит сменить поле деятельности. Причем так кардинально. Но в ее семье случилось горе – умер муж. Нужно было найти работу с более стабильным и высоким заработком. Устроиться в местную газету «Зори Табасарана» ей предложила директор ковровой фабрики.
«Сама же понимаешь – работа у нас сдельная. А сейчас это для тебя не лучший вариант – сказала она своей сотруднице – а в газете зарплата каждый месяц выплачивается. Табасаранский язык ты хорошо знаешь, так что справишься».
Когда Фарзилат в 1986 году впервые пришла в редакцию газеты, редактор был на совещании. Чтобы чем-то себя занять, она начала просматривать уже отпечатанный номер и довольно быстро нашла несколько ошибок в текстах.
«Редактор этому очень обрадовался, – рассказала Фарзилат, – то есть наличие ошибок само по себе ему настроение не подняло, разумеется. Но то, что у него в редакции появился человек, который их быстро обнаружил, его порадовало».
Закономерно, что Фарзилат предложили должность корректора. Однако просто шлифовать чужие тексты ей показалось мало, поэтому потихоньку она начала писать свои. И с каждым разом у нее получалось все лучше. Кстати, литературным табасаранским Фарзилат хорошо владела благодаря школьному преподавателю родного языка. А еще ей всегда нравилось читать местную газету. В итоге все это привело к тому, что она сама стала корреспонденткой, ни дня не проучившись на соответствующем факультете. По воспоминаниям Фарзилат, преподавателей вуза ей заменили редактор и ответственный секретарь издания. Они давали советы, хвалили в случае удачи и журили за ошибки. Сильно, конечно, не ругали. Фарзилат была первой журналисткой в Табасаранском районе, поэтому обращались с ней бережно, и критика ее текстов всегда принимала форму обучения.
«Первое время сложно было – вспоминает Фарзилат – но потихоньку освоилась. О чем писала? Да обо всем: многодетные матери, ветераны труда, ветераны войны, труженики тыла. Ездила по всему району, а в соседние села и пешком ходила, встречалась с разными людьми. Конечно, тянуло в ковровый цех в первую очередь. Эту работу я знала вдоль и поперек, поэтому тексты о ковровщицах давались легче прочих. Кстати, знаете, что очень забавно: не все верили, что я журналистка. А показывать удостоверение я почему-то стеснялась. Почему не верили? Ну, наверное, думали, что журналистикой занимаются исключительно мужчины. Но я их быстро переубеждала. Пяти минут разговора и нескольких точных вопросов хватало, чтобы народ понимал – перед ними корреспондент, а не просто любопытная женщина, решившая порасспрашивать о местных доярках».
В 2000 году «Зори Табасарана» стали республиканской газетой, редакция переместилась в Махачкалу. Фарзилат писала тексты и отправляла их по почте (а иногда вместе с кем-то, кто направлялся в город – так письма доходили быстрее) и несколько раз в месяц выезжала в столицу республики. В 2002 году устроилась корреспондентом в редакцию газеты «Голос Табасарана» в Хучни и со временем стала редактором отдела культуры.
«Случалось и такое, что я заводила дружбу с героями своих публикаций, – вспоминает Фарзилат, – я однажды писала об отце, который отправился к своему сыну в зону СВО и провел там две недели. В итоге подружилась со всей семьей, держим связь. А однажды я написала о женщине, которая усыновила мальчика. Мы сошлись характерами, стали подругами, ходим друг другу в гости. С момента нашего знакомства прошло уже много лет, мальчик стал мужчиной, я танцевала на его свадьбе. И подобных примеров много. Мы, табасаранцы, дружелюбный народ».
В то же время Фарзилат растила своих детей. Наша героиня признает, что без помощи своих родителей и свекрови она бы и не справилась:
«Я 16 лет жила со свекровью. Она потеряла сына, я – мужа. В определённой мере эта трагедия нас сблизила. У нее еще были две дочери и сын, но она осталась со мной, за что я всегда буду благодарна. Мы были как мать и дочь».
Один сын Фарзилат стал бухгалтером, другой кинологом, а дочь работает экономистом. По стопам матери они не пошли, но литературным табасаранским владеют.
По словам Фарзилат, сейчас желающие устроиться в газету в очередь не выстраиваются. И на это есть, как минимум, две причины. Первая: невысокая зарплата. Вторая: молодые люди не знают литературного языка. Фарзилат не исключает, что, если бы ей нашлась замена, она бы уже ушла из газеты.
«Профессия изменилась с тех пор, как я впервые переступила порог редакции, – рассказывает Фарзилат, – раньше, куда ни пойдешь, было какое-то производство. Соответственно и тем – бери не хочу. Сейчас производства позакрывались. С точки зрения технологий стало проще. Интернет, телефоны, все эти нововведения, конечно, упростили нам работу. Но вот с выбором тем стало сложнее».
Кстати, компьютером Фарзилат не пользуется. Как в старые добрые времена пишет свои тексты от руки, а потом передаёт наборщице:
«Пыталась какое-то время подружиться с компьютером, но близкими товарищами мы не стали. Пользоваться то умею. Но думать мне легче с ручкой в руках. А щелкать по клавиатуре и рассказывать о герое – это мне тяжеловато»,– рассказала журналистка.
Как бы то ни было, Фарзилат и по сей день продолжает работать в газете «Голос Табасарана», рассказывает о деятелях культуры, о бойцах СВО, успехах школьников и верит, что ее труд приносит другим людям какую-то пользу.
